Люблю Ваню-молодца
От голосистого, танцевального «Я за то люблю Ивана» актеры постепенно переходят к другим многовариантным ответам на сакральный вопрос, почему Тургенев «наше орловское все», да и вообще уникальная мировая знаменитость.
Темп действу живо и с размахом задает служанка-полынь (Варвара Скуридина), при появлении которой вспоминается народная мудрость тоже с ботанической символикой: красна девка в хороводе что маков цвет в огороде. Постепенно выясняется, что не так проста эта крепостная вестница, ведь ее молчаливое сострадание и понимание могут быть красноречивее, глубже, трагичнее завываний самых матерых плакальщиц.
Горька полынь, а судьбинушка еще горше…
Перед зрителем возникают три метафорические свечи, воплощающие и умещающие в себе всю сценографию. Они не из разряда «По ком звонит колокол», а скорее из сферы – для кого горит огонь в сердце. И собирают ювентовцы на свое пламя, на свое тепло всех, кто только готов на него откликнуться.
Нежность, легкая грусть, любовь разливаются в воздухе, словно аромат первоцветов, каковые и выходят на сцену: Лиза Калитина, Джемма, Лукерья. Мы еще не знаем, что расцветет из этих бутонов, но благодаря чарующей, чувственной хореографии Дарьи Хочунской можем предположить: у каждого свой крест. Принять его нужно бестрепетно, нести – с достоинством.
В цветочном флере раскрывается сам Тургенев – Иван-чай (Антон Бушунов). В монологах, взглядах, танцах, пересечениях с другими людьми он рассказывает, как рождалось писательское я, формировался мужчина: сын, отец, рыцарь прекрасной дамы, общественный деятель, меценат. Тургенев (главное действующее лицо) - жертва и пророк, метафора и реальность. Персонажу сочувствуешь, им восхищаешься, и все же загадка его судьбы сохраняется.
Садоводы-нелюбители
Пожалуй, самое сокровенное и неизвестное широкой публике в судьбе неклассического классика – это детство. Не играть в игрушки, а быть игрушкой суровой, деспотичной, несчастной матери – это ли не трагедия.
Цветы что дети – уход любят. А что любят дети? Варвара Петровна об этом не думает! Ей, как всякому Чертополоху, нравится пугать и ранить, что и доказывает талантливейшая Яна Казбанова, заставляющая в своей роли «плакать – когда разрешит и смеяться – когда велит». Куклы в ее руках объясняют, какое дьявольское удовольствие человеку может принести игра в чужие судьбы. «Как мне за-бла-го-рас-су-дит-ся!» – это ее девиз.
А потом вдруг оказывается, что Варвара Петровна сама спасалась в Спасском от своей лютой судьбы. Понеслось еще в юности все по кривой, оттого и губы кривятся, и сердце наизнанку вывернуто.
Деспотичная мать требует от сына, поступившего в европейский университет, слать ей модных семян, меж тем сама грозит сечь садовников и крестьян, пока он не вернется. И эта манипуляция – и стиль жизни, и защита, и спасение, и шантаж, и наказание.
За разговорами о «привычном» крепостническом быте даже не замечаешь, когда руки Тургенева освобождаются наконец от вполне осязаемых пут, когда он, вырванный с корнями из прошлого, начинает искать новую опору, находя приют на краю чужого гнезда, у чужой прекрасной женщины – Чайной розы Полины Виардо (Дарья Хочунская). Главная миссия героини, чьи алые лепестки в своем стремительном вихре обжигают сильнее огня, – дать совет Тургеневу приниматься за работу, писать о том, что любит и знает.
Соберу букет
На самых роскошных клумбах время от времени вылезают сорняки. Встречаются они в избыточном количестве и в жизни. В реальности это повод погрустить о встреченных и разочаровавших «не тех». В спектакле – возможность тонко иронизировать над «непонимающими» Тургенева.
Наталья Смоголь вплела в ткань спектакля рассказ Антона Чехова «В ландо», где модный франт – Лопух и Дурак (Максим Зубцов) – утверждает, что в «Записках охотника» нет ничего про охоту и уж тем более ничего оригинального! С данным утверждением спорит умница и книгочей Василек (Роман Максименко).
Напористая, уверенная в себе, поверхностно образованная, нелепо эпатажная, Кукшина из «Отцов и детей» (Лилит Мовсисян), естественно, Сорняк, но кто ж такую красоту вырвет. Туповатый, но обаятельный Ситников (Ярослав Гречихин) о сути слов не думает, мечтая о шампанском. Актриса, она же Куриная слепота (Дарья Моргунова), никого не видит, кроме себя, а себя видит исключительно в выгодном свете.
Из одного и того же цветка змея делает яд, пчела – мёд.
Другое дело – Савина-Незабудка (Дарья Плетнева). У нее таланта цветочных сил больше, чем у самой весны. К ней невольно проникаешься «полуотеческим, полудругим чувством». Умна, свежа, прекрасна, уверена в том, что мир хорош. Настоящая Тургеневская девушка. И пусть потом шутят, что тургеневские девушки «вызывают любые чувства, кроме желания с ними познакомиться», как уже в ХХ веке выразится Сергей Довлатов.
Кстати сказать, спектакль удивляет и хронологической линией: в нем то, что было, есть и будет, сочетаются в удивительной гармонии. На сцене речь идет о том, что еще не свершилось, а прогрессивной общественностью и мировой литературой уже пережито. Эти сбывшиеся пророчества и грезы – очень оригинальный и свежий ход драматурга, добавляющий неповторимый интеллектуальный юмор спектаклю и ставящий зрителя над временем конкретного действа.
Одна роза, сделавшая весну
Выбранный жанр флористической драмы хорош еще и тем, что помогает каждому актеру расцвести пышным цветом творческих сил. Ведь за каждым героем – роман, рассказ или бесхитростная история реальной жизни, соотносимая с цветком. Поэтому монолог становится порталом в большой мир маленького, хрупкого, непобедимого человека, который по праву носит имя трогательного первоцвета.
Лиза Калитина (Мария Королева) – девушка, вовсе не сбежавшая в монастырь и не спрятавшаяся за его стенами, а обретшая покой и душевную радость, понявшая смысл жизни, почти не ощутившая ее пряного вкуса, но молящаяся за всех близких. Героиня протирает стекло воспоминаний своим платком, чтобы свет ее души лучше проникал в зрительское далеко.
У Лукерьи (Надежда Яковенко) после падения с крыльца «внутри что-то оборвалось», но отнюдь не нить, соединяющая ее с праведной и чистой жизнью. На нее, плясунью, хохотунью, запевалу в Спасском, вдруг нашла чернота. И что она? Радуется тому, что чувствует аромат луга, что сам грех отошел от нее, что она видит сны о васильках.
Джемма (Анна Насонова) впервые услышала от русского путешественника слова любви и сама полюбила его, но столкнулась с коварной страстью опытной женщины, которая отняла у нее возлюбленного, заставила забыть об их розе.
Глубочайшая драма очерчивает судьбу дочери Тургенева – Пелагеи (Екатерина Лазарева), вынужденной жить в чужой семье, забывшей русский язык, ставшей Подорожником рядом с дорогой жизни ее отца, которому она пишет письма уже на французском языке.
Куда летят бабочки
Спектакль показывает, насколько хрупка душа каждого из нас и какими неумолимыми вершителями судеб мы можем быть по отношению к чужой весне. Но главное, он утверждает, что в душе каждого живет творец.
Ты не просто смотришь, но видишь! Это как не упустить ни капли живительной влаги, припавши к лесному ручью. Такому антуражу во многом способствует, как заявлено в программке, «автор костюмов и декораций» Егор Ткаченко. Но мы-то на самом деле понимаем, что это опечатка, и Егор – ХУДОЖНИК по костюмам. Ибо каждый обрисованный им герой неповторим, как цветок, каждый – произведение искусства: тяжелое сукно и легкий шелк, едва очерченные силуэты и насыщенная палитра красок. Шляпки и шлейфы, искренность и простота, тонкая вышивка и колышущиеся перья. Бабочки летят к красивым цветам. Браво!
Режиссер и актеры своей работой явили миру прекрасную истину о том, что слова тождественны цветам, и о том, как важно нам всем «взаимное вспоможение» в непростой работе по возделыванию своего сада.
Автор: Ольга Аристарина, фото Олеси Суровых 
Чтобы оставаться в курсе главных новостей Орла и области, подписывайтесь на «Орловский вестник» в Дзене, не пропускайте самое интересное в MAX и Telegram, а также в наших сообществах в Одноклассниках и ВКонтакте
| Пн | Вт | Ср | Чт | Пт | Сб | Вс |
|---|