Жизнь… иногда сбивалась на эпиграмму…

Эпиграмма хохотунья,

Эпиграмма егоза,

Трется, вьется средь народа

И завидит лишь урода –

Разом вцепится в глаза.

Е.А.Боратынский

Эпиграмма- «малый» жанр литературы, в античной поэзии короткое лирическое стихотворение произвольного содержания: любовное, застольное, сатирическое, посвящения, эпитафии. Эпиграмма развивалась в греческой литературе в 3 в. до н. э.- 1 в. до н.э. Традиции античной эпиграммы продолжались в римской и византийской литературе, в литературе средних веков и Ренессанса. Время расцвета этого жанра -18 в. (Руссо, Вольтер, Лессинг, Бернс, Сумароков).

В России этот сатирический жанр, метко прозванный Пушкиным «анафемой игривой», представлял собой отклик на злободневные события. Он построен на остроумии и краткости, должен быть всегда живым, веселым, метким и беспощадным. В «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И.Даля читаем: «… У нас эпиграмма приняла вид колкой насмешки». Лаконичность формы требовала от автора словесной одаренности.

А.П.Сумароков – М.В.Ломоносову, начавшему и неокончившему поэму «Петр Великий»:

Эпитафия.

Под камнем сим лежит Фирс Фирсович Гомер,

Который, вознесясь ученьем выше мер,

Великого воспеть монарха устремился,

Отважился, дерзнул, запел и осрамился:

Дела он обещал воспеть велика мужа;

Он к морю вел чтеца, а вылилася лужа.

Ответ Сумарокову.

Сумароков: Ходил ли на Парнас?

Ломоносов: Ходил, да не видал там вас!

Эпиграммой пользовались как средством литературной полемики, как орудием общественной сатиры, а в некоторых случаях и как приемом политической борьбы. Эпиграммы Пушкина, например, на министров и царей заменяли сатирический фельетон политической прессы. « Приятно дерзкой эпиграммой взбесить оплошного врага» ,- пишет Пушкин в «Евгении Онегине».

На Аракчеева.

Всей России притеснитель,

Губернаторов мучитель,

И совета он учитель,

И царю он друг и брат;

Полон злобы, полон мести,

Без ума, без чувств, без чести,-

Кто ж он, «преданный без лести»?

Просто фрунтовый солдат.

Насмешливая и кусающая, эпиграмма становится излюбленным орудием литературной борьбы. «Благоговею перед созданием Фауста, но люблю эпиграммы»- писал Пушкин, рассматривая этот легкий жанр как развлечение. Благодаря этой легкости, свое применение эпиграмма нашла в борьбе литераторов за стиль, за художественное совершенство, понимаемое ими по – разному.

П.А.Вяземский.

Булгарин хочет слыть хорошим журналистом,

Булгарин хочет быть лихим кавалеристом –

Не обличу его в лганье,

Но на коне сидит он журналистом,

В журнале рубит смысл лихим кавалеристом

И выезжает на вранье…

Досталось от П.А.Вяземского и И.С.Тургеневу. 18 и 22 апреля 1860 г. Тургеневым были прочитаны в пользу бедных «Две беседы об А.С.Пушкине и его значении в русской литературе», где говорилось о критике В.Г.Белинском как « самом первом и глубочайшем истолкователе русского поэтического гения» , что возбудило негодование некоторых писательских авторитетов старого времени. Для Тургенева тот и другой – центральные русские личности- каждый в своей творческой сфере. Для Вяземского же Белинский- всего лишь «ничто иное, как литературный бунтовщик», «баррикадник и враль, который не знает ни жизни, ни света», а потому всякий его приверженец- «человек отпетый и просто петый дурак». Это уже относилось к тургеневским воспоминаниям о Белинском.

Принципиальное столкновение представителей литературных отцов и детей, по мнению В.А.Громова (Громов В.А. Князь Коврижкин о «Вешних водах» И.С.Тургенева// Вешние воды.- 1992.- апрель), выплеснулось наружу. Началась череда колких антитургеневских эпиграмм Вяземского – этого , как заклеймил его Белинский в «Письме к Гоголю» , князя в аристократии и холопа в литературе:

Для славы ты трудился втуне,

И труд твой на себе свой приговор несет:

Уж подлинно роман твой На кануне

До завтрашнего дня не проживет.

«Отцы и дети» также вдохновили Вяземского на стихотворный отклик «О наших нигилистах»., охарактеризовав их как «бесплодные пустоцветы». Заглавие очередного тургеневского романа «Дым» было обыграно князем так:

И дым отечества нам сладок и приятен!

Наш век минувший говорит,

Век нынешний и в солнце ищет пятен,

И смрадным «Дымом» он отечество коптит.

Но самый щедрый урожай эпиграмм вызвала у Вяземского лирическая повесть «Вешние воды», в которой автор непочтительно упомянул стихи князя Коврижкина, тиснутые им когда – то в ретроградской «Северной пчеле».( Этим прозвищем наградил Вяземского один остряк. Оно , по мнению специалистов, ведет свое происхождение от вяземских пряников- коврижек).

Не даром «Вешними водами» озаглавил

Наш автор мутный свой и грязный свой рассказ:

Людскую слякоть нам он вывел на показ,

И в лицах русскую весну он нам представил,

Когда, от холода и льда освободясь,

Все рыхло и везде течет ручьями грязь.

«Неприятие князем Коврижкиным «Вешних вод», как и вообще всего нового в литературе,- пишет В.А.Громов,- расширяет наши представления об истинной роли Тургенева в ее наступательном развитии».

В свою очередь, от острого пера самого Тургенева, имевшего в своем арсенале широкий интеллектуальный кругозор, обладавшего обширным образованием, блестящим остроумием, оригинальностью мышления и умением давать меткие характеристики, не ускользнули его друзья и знакомые. Все они – писатели, публицисты, критики, цензоры, люди из литературного круга.

Дружинину.

Дружинин корчит европейца…

Как ошибается бедняк.

Он труп российского гвардейца,

Одетый в английский пиджак.

На Боткина.

К нему читатель не спешит

И журналист его боится,

Один Панаев набежит,

И, корчась в муках, далее мчится.

Никитенко.

Исполненный ненужных слов

И мыслей, ставших общим местом,

Он красноречья пресным тестом

Всю землю вымазать готов.

Иногда эпиграмма становилась поводом для разрыва отношений, как это случилось у Тургенева с Достоевским. Они познакомились в 1845 году и поначалу понравились друг другу. Тургенев буквально очаровал Федора Михайловича. Однако в кругу журнала «Современник» заносчивый, мнительный и обидчивый Достоевский быстро сделался объектом насмешек. Эпиграмма на Достоевского, написанная Тургеневым и Некрасовым, вызвала серьезную размолвку.

Витязь горестной фигуры,

Достоевский, милый пыщ,

На носу литературы

Рдеешь ты, как новый прыщ.

Хоть ты новый литератор,

Но в восторг уж всех поверг:

Тебя хвалит император,

Уважает Лейхтенберг…

…

С высоты такой завидной

Слух к мольбе моей склоня,

Брось свой взор пепеловидный,

Брось, великий, на меня.

Достоевский отомстит Тургеневу позже, изобразив его в образе писателя Карамзинова в романе «Бесы» (1871-72). Разногласия между писателями носили идейный характер: славянофил и западник по-разному видели будущее России. Тургенев был для Достоевского мощным идеологическим, эстетическим и личностным раздражителем. Но это уже совсем другая история…

К слову...

"После такой замечательной статьи хочется пригласить всех читателей к нам, в музей-заповедник "Спасское-Лутовиново", словами самого Ивана Сергеевича: Фет, ну, что ваш Шопенгауер? Приезжайте посмотреть, Как умеет русский Bauer Кушать, пить, плясать и петь! В будущее воскресенье В Спасском всем на удивленье Будет задан дивный пир — Потешайся, Мценский мир!" - Жанна Александровна Сахарова, зав.сектором закупок музея-заповедника И.С. Тургенева "Спасское-Лутовиново"