В 2024 году в прокат вышел фильм «Что случилось осенью» французского режиссера Франсуа Озона, который вновь играет со своим зрителем. Последние его работы с каждым разом все больше полагаются на недосказанность и уютную поверхность, под которой скрывается нечто незримое глазу, но вполне ощутимое на бессознательном уровне. Так «что же случилось осенью»?
Начинается картина как провинциальная бытовая драма о пенсионерках, а заканчивается как ироничный триллер, оставляющий горько-сладкий привкус. Ветром разносятся желтые листья над тихой бургундской деревушкой. Мишель, в исполнении Элен Венсан, живет в просторном доме, дружит с соседкой Мари-Клод, в исполнении Жозиан Баласко, и ждет в гости дочь Валери (Людивин Санье) и внука Луку. Мишель выбрала уединенную жизнь вдали от шумного Парижа, где каждый день похож на предыдущий, а визит родственников становится событием, которого ждут и готовятся основательно. Первую четверть фильма я ловила себя на мысли: как же похожа жизнь французской бабушки на жизнь моей орловской. Отличие лишь в том, что пейзажи их окружают разные. Однако в это же время не покидает удручающая мысль: насколько им одиноко в старости.
Тем не менее, перед приездом дочки с внуком Мишель пошла за грибами, днем приготовила обед, надела красивые вещи, накрасила губы и встретила гостей. Уже вечером Валери увозят на скорой с отравлением. Дочь выживает, но, заподозрив неладное, забирает внука, который должен был остаться на каникулы, и уезжает в Париж. Мишель остается одна. Потом из тюрьмы выходит сын Мари-Клод Венсан, образ которого на экране воплотил потрясающий Пьер Лоттен, и история начинает развиваться по такому сценарию, который и на кофейной гуще не нагадаешь.
Первые двадцать минут кажется, что мы смотрим фильм об одиночестве пенсионеров и о том, как взрослый ребенок, устроенный за родительский счет в Париже, смотрит на мать с брезгливостью. Общение дочери с матери в этой части кажется неоправданно грубым, от чего и появляется неосознанная ненависть к Валери, как к неблагодарной дочери. Однако Валери презирает Мишель не просто так. Выясняется, что когда-то Мишель занималась проституцией, и дочь этого не забыла и не простила. Отравление грибами, случайное или нет, становится для Валери не поводом для беспокойства, а долгожданным подтверждением: мать опасна, мать ненормальна, мать не заслуживает внука. На протяжении всего повествования Озон подкидывает все новые вопросы, ответов на которые он не даст, как не проси. У меня, например, при раскрытии этой детали в голове крутились: Кто был отцом Валери? Как она узнала? Как ей жилось с этим грузом, о котором знает большинство окружающих? И самый главный, как так Мишель работала (позже мы узнаем, что закончила карьеру она немногим раньше появления на свет Луки, по моим подсчетам около 10-12 лет назад), что ей удалось заработать на квартиру в центре Парижа, загородный дом, машину и чтобы ещё оставалось на отправку денег дочери и помощи другим, при этом ни в чём себе не отказывая?
Мишель Жиро в исполнении Элен Венсан
В этой картине Элен Венсан, которой уже за восемьдесят, играет образцовую, с первого взгляда, пенсионерку, так, что мы не осуждаем Мишель за её прошлое, а сочувствуем и пытаемся понять, почему она выбрала этот путь. Жозиан Баласко, в свою очередь, в роли подруги и по совместительству бывшей коллеги добавляет истории иронии и тепла. Но в какой-то момент фильм незаметно меняет жанр. Венсан, сын Мари-Клод едет в Париж «поговорить» с Валери, и вскоре та падает с балкона. И опять вопросы: что это было? Самоубийство? Несчастный случай? Или Венсан просто помог разобраться с проблемой, которую сама Мишель решить не могла, но и не просила? Озон не дает ответа. Он буквально провоцирует зрителя на то, чтобы тот сам собрал улики, при этом находясь с закрытыми глазами. К слову, еще один вопрос: за что сидел Венсан? Если бы мы знали, что за убийство, то пазл бы сложился, но нам намерено ничего не говорят.
Отмечу, что каждый герой здесь играет свои роли внутри роли, как бы это не звучало, но доверять нельзя никому. Мишель видит умершую дочь. Мари-Клод настолько переживает за сына с уголовным прошлым и сомнительными методами решения проблем, что серьёзно заболевает. Венсан строит из себя «гангстера» с игрушечным пистолетом и в душе по-прежнему остается ребёнком. А у Валери были все синдромы паранойи и куча непроработанных детских травм. Здесь зритель оказывается в положении Мишель. Мы вроде знаем, а вроде и не знаем, что мы видим, что реально, а что нет. Но ни в коем случае фильм не уходит в детектив, это лишь одна из многочисленных линий, которые ловко ведет Озон.
Самой эмоциональной для меня частью оказалась сцена в баре, где Мишель то ли как с неродным внуком, то ли как с любовником танцует с Венсаном. И я уверена, что это центр всего сюжета, именно это Озон мог закладывать как основное содержание. Семья в этой запутанной истории не определяется кровным родством. Валери всю жизнь живет в ненависти к матери и в итоге исчезает из ее жизни, а после её гибели наступает парадоксальное облегчение. Сложилось впечатление, что для всех причастных, даже для её почти экс-мужа Лорана Тессье (Малик Зиди), которому уделено меньше всего экранного времени. По сути, Венсан для Мишель – чужой человек, но именно он становится ближе, чем родная дочь. А две женщины с тяжелым прошлым оказываются друг другу надежнее любой родни.
Планомерно Озон выводит из сюжета сыгравших свою, конечно, не последнюю в истории, но физическую роль своим самым любимым способом – смертью. Мы это хорошо помним по предыдущим его фильмам, например, «Молода и прекрасна» и «Франц». Еще одна линия, о которой нельзя не сказать, связана с жандармейкой и тем, что ей и как рассказывают герои, но здесь нужно смотреть, объяснить мотивацию просто словами никак не получится.
Мысль, которая меня не отпускала с самой первой секунды, заключается в том, что прощение с возрастом само не приходит, как и счастье. Ведь не просто так, а у Озона абсолютно все не просто так, фильм начинается со сцены в церкви, где идёт служба о грешниках. В финале Мишель уже значительно старше снова накрывает стол, но на этот раз для внука Луки и Венсана. И этот обед уже не отравлен. Но мы так и не знаем, был ли отравлен тот, первый. Казалось бы, на этом то уж все, но как бы не так: у финала есть второй финал, который договаривает историю, но не раскрывает суть.
Фильм хочется пересматривать не ради сюжетных поворотов, а ради того, чтобы заново расставить акценты, уже зная всю подноготную. Франсуа Озон снял, казалось бы, легкую историю о бабушках и грибах, а получилась притча о вине, прощении и о том, как мы носим свё прошлое, не в силах его сбросить. Уютный и одновременно тревожный фильм, где желтая листва за окном выглядит как декорация к триллеру, а смерть оказывается не трагедией, а освобождением. Резюмируя, скажу, что безумно восхищаюсь французским кинематографом, французскими актерами, и французской манерой повествования – в этом фильме прекрасно всё или как говорят носители языка Très bien! А на главный вопрос всего фильма: «Что случилось осенью»? – я вам не отвечу, ведь всегда приятнее наОзониться и узнать об этом самому. 
| Пн | Вт | Ср | Чт | Пт | Сб | Вс |
|---|
